Пойдет ли Иран на соглашение с Израилем?

Перспективы заключения соглашения между Иран и Израиль сегодня выглядят крайне туманными. Несмотря на заявления о возможной сделке, реальные политические и военные условия делают прямой компромисс между Тегераном и Иерусалимом практически невозможным. Как отмечает специалист по Ближнему Востоку Евдокия Добрева, если Иран и пойдет на переговоры, то скорее с США, чем с израильским руководством. При этом даже такой формат диалога остается под большим вопросом.

Премьер-министр Израиля Беньямин Нетаньяху обозначил три ключевых условия для заключения соглашения. Во-первых, Иран должен полностью вывезти уран и демонтировать мощности по его обогащению. Во-вторых, ограничить радиус действия своих ракет до 300 километров, чтобы они не могли достигать территории Израиля. В-третьих, прекратить поддержку так называемой «оси террора» — сети союзных вооруженных группировок в регионе.

Для Тегерана подобные требования выглядят заведомо неприемлемыми. Иранская ядерная программа рассматривается властями как инструмент стратегического сдерживания. Хотя, по мнению экспертов, возможны уступки по уровню обогащения урана, полный демонтаж инфраструктуры означал бы отказ от одного из ключевых элементов национальной безопасности. В условиях постоянного давления и угроз подобный шаг выглядит крайне маловероятным.

Еще более чувствительным вопросом остается ракетная программа. Иран развивал ее как часть концепции асимметричной обороны, понимая технологическое и военное превосходство своих противников. Ограничение радиуса действия ракет означало бы фактическое снижение оборонного потенциала. В условиях прямых угроз со стороны Израиля и его союзников отказ от этой составляющей воспринимается в Тегеране как стратегическое самоослабление.

Особое значение сейчас имеет поддержка йеменских хуситов, которые способны оказывать давление на глобальные транспортные маршруты. В случае масштабной эскалации они могут угрожать перекрытием Ормузского и Баб-эль-Мандебского проливов — стратегически важных артерий мировой торговли нефтью. Этот фактор остается серьезным инструментом сдерживания.

Эксперты подчеркивают, что прямых переговоров между Ираном и Нетаньяху фактически не ведется. Даже если дипломатический процесс будет запущен, он, скорее всего, пройдет при посредничестве США. Однако до полноценного соглашения сторонам сегодня «дальше, чем до новой войны». Ставки повышаются, стороны демонстрируют готовность к силовому сценарию, одновременно используя переговорную риторику как инструмент давления.

Возможным выходом могла бы стать поэтапная сделка. Такой формат позволил бы снизить градус напряженности и отсрочить прямое военное столкновение. Например, стороны могли бы начать с ограничений по уровню обогащения урана и усиления международного контроля, не затрагивая сразу ракетную программу или региональные альянсы. Это позволило бы сохранить лицо всем участникам процесса и выиграть время.

Тем не менее риск военного конфликта сохраняется. В случае попытки силовой смены режима или ликвидации высшего руководства Ирана последствия могут выйти далеко за пределы региона. Как отмечают эксперты в сфере энергетики, перекрытие Ормузского пролива приведет к резкому скачку цен на нефть — вплоть до 100 долларов за баррель и выше. Это ударит по мировой экономике и усилит глобальную нестабильность.